Как полюбить себя

Повышение самооценки — не путь к самопринятию

— Что плохого в том, что человек себя не любит?

— Из моей практики семейного психотерапевта я могу сделать вывод, что почти у всех тех клиентов, которые обращаются с психологическими проблемами — например, неуспех во взаимоотношениях с партнером противоположного пола, трудности детско-родительских отношений, трудности общения в обществе и прочее — в основе этих проблем часто лежит неумение любить себя.

Я нахожусь под свежим впечатлением последней моей консультации. Женщина тридцати пяти лет, кстати, выглядящая гораздо моложе. Настолько юной она выглядит, что у меня даже зародилось подозрение, что она имеет признаки инфантилизма — как девочка семнадцатилетняя, хрупкая, грациозная. А это может быть и следствием некоторой задержки в развитии. А задержка в развитии происходит начиная с того возраста, когда была получена психологическая травма.

Так вот, ее обращение — тридцатипятилетней, успешно работающей женщины, достаточно зарабатывающей на то, чтобы снимать квартиру в Москве, себя содержать (она одинока, не замужняя) — заключалось в том, что мы называем психотерапевтическим запросом «я лишняя». Я говорю: «Где лишняя?» — «Везде лишняя. На работе, когда я подхожу к сотрудникам, они начинают со мной разговор, вроде бы интересуются моей жизнью. Но у меня такое чувство, что я у них забираю время, что я лишняя в этой комнате, что им со мной не интересно». Ну и, тем более, она испытывает непомерные трудности в общении с молодыми людьми, у нее мало любовного опыта (очень небольшой к тридцати пяти годам), и он не закончился так, как ей хотелось бы. Она прямо говорит: «Я хочу замуж, хочу иметь детей, но не получается».

Начали искать, в чем причина этого комплекса «я лишняя», «я не к месту», «я не имею право занимать это место, где я нахожусь». Понятно, что в основе этого низкая самооценка, что ничего хорошего она о себе не думает. Она не думает, что она красивая, интересная, умная. А это так и есть — она красивая, она интересная, она имеет высшее образование и т.д. Вот я ее спрашиваю: «Что вы думаете о самой себе?» — «Я лишняя, я ненужная». Я говорю: «Ну, а то, что вы работящая, умная, экспериментирующая, приехавшая с Дальнего Востока в Москву — это сколько надо иметь энергии и способностей, умения зарабатывать, устроиться на работу…». Этого она в себе не ценит. Докопались до того, что она себя не любит…

— А в чем причина того, что люди себя не любят?

— Корень многих человеческих проблем находится в детстве. В частности, у этой тридцатипятилетней женщины-экономиста была такая ситуация: папа военный, много переезжали, мама переезжала вслед за папой (как водится — жена офицера). Детей воспитывали родственники: старшую сестру бабушка, а мою клиентку — тетя. Т.е. в разных домах. Она была разлучена как с матерью и отцом, так и с сестрой.

И потом когда она приезжала в гости к сестре, то маленькая сестра (она старше на шесть лет, но тогда они были еще малые дети) как-то сказала: «Уезжай отсюда поскорее, ты здесь лишняя». И она чувствовала себя везде ненужной. Когда я стала выяснять детали, оказалось, что никаких комплиментов от родителей она в свой адрес никогда не получала. Более того, когда она была маленькая, разлука с матерью настолько затянулась, что при встрече с матерью она сказала: «Ты не мама, ты — чужая тетя».

Разлука с матерью является величайшей травмой для ребенка. А уж когда она тянется годами, ее очень трудно залечить. В научных психологических книгах написано так: разлука с матерью в возрасте до трех лет, хотя бы на двенадцать часов в неделю суммарно, может приводить к глубокой травме, с серьезными пожизненными последствиями.

Что значит — разлука с матерью? Это ощущение отверженности. Вот уже здесь рождается понятие «я лишняя, я нелюбимая, меня отвергли».

Но еще там такое обстоятельство, что эта женщина была рождена на свет не в результате нормальных родов, а в результате кесарева сечения. Кесарево сечение по Берту Хеллингеру (а это большой авторитет в области семейной психологии и семейных расстановок) является уже перерывом потока материнской любви от матери к ребенку.

В общем, нелюбовь к себе зависит от того, кем тебя считали в родительском доме, и особенно в ранние годы. Даже до трех лет это может быть сформировано, а до шести — точно.

Так вот, вернемся к этой девочке, жившей без матери, отца и без сестры. Хотя она воспитывалась очень любящей тетей, но ни тетя, ни бабушка не могут являться полноценными заменителями родителей. Они могут выполнять родительские функции, но любовью не насытят. Не насыщенные любовью в раннем детстве люди себя не любят. Вначале они должны почувствовать, что они любимы, не отвергаемы. В этом весь корень ее трудностей с взаимоотношениями.

Подумайте: как может человек быть любим другим, интересен кому-то другому, если он неинтересен самому себе? Если ты сам с собой находишься в конфликтных отношениях, т.е. себя критикуешь, не принимаешь, в языке это выражается в постоянных: «я должна, я должна…».

Слово «должна» я терпеть не могу. Это агрессивное отношение к себе и другим, если оно направлено на других. Долженствование вполне можно заменить на «я могу», «я хочу», «я буду» что-то делать. «Я должна хорошо учиться» и «я могу хорошо учиться» — разные вещи, совсем другая психологическая окраска. А как говорили мои учителя, язык, которым мы разговариваем, очень важен в психологии. Как мы говорим, так и живем. Если всё «должна, должна…», то это какое-то сверхнапряжение, агрессия. Агрессия к другим, агрессия к себе.

Как только мы на занятии говорили: «Я хотела бы получить от вас…», преподаватели уточняли: «хотела бы» или «хочу» получить? Если «хотела бы» — ничего не получишь. Если «я хочу», то это уже конкретное выражение и твоя психологическая позиция.

Язык очень важен. Когда я работаю с клиентами, уделяю внимание языку, говорю: «Давайте сейчас почистим вокабуляры», — кое-что выбросим из языка и т.д. Так вот, когда я этой женщине предложила упражнение из телесно-ориентированной психотерапии, в котором надо было просто повторить вслед за мной: «Я ценная и достойная женщина». Не рассказывать о себе, а просто повторить, она на этом месте расплакалась и это произнести не смогла. Это говорит о глубокой нелюбви к себе.

Ей даже механически трудно сказать: «Я ценная и достойная женщина»! Кем она себя считает? Или никем, или какой-то биомассой, из которой надо еще лепить что-то, или человеком в будущем: «Я еще ничего собой не представляю, но в будущем я постараюсь избавиться от того, от того и что-то из себя сделать». А в настоящем? А что, сейчас человек не имеет права считать себя достойным, ценным, позитивным? Иметь хорошую такую, положительную самооценку.

Формула позитивного отношения к себе и здоровой самооценки очень проста: убеждение в том, что «я не хуже других», но тут не точка, а запятая. Это уже трудно представляют клиенты. До этого места они неплохо воспринимают, но я говорю: «Запятая, “…но я и не лучше других”».

Я категорически против того, чтобы своим клиентам навязывать такие упражнения как встать перед зеркалом и повторять: «Я самая красивая» или «Я самая миловидная». Это будет превосходство над другими. Во-первых, тут сравнение с другими (этого делать не надо): ты уникальна, ты неповторима, ты единственная в своем роде. Каждый человек уникален. А во-вторых, это сравнение и превозношение: «Я самая умная», «Я самая красивая»… Не надо. Никакая не «самая», просто достойная.

— Самооценка же не должна до бесконечности повышаться, правильно? Есть какая-то здоровая самооценка.

— Есть здоровая самооценка: «Я не хуже других, но я и не лучше других», — это уравновешенно.

— А тренинг саморазвития, когда стараются, чтобы уверенность в себе зашкаливала у человека? Это же плохо?

— Представьте себе, что вы со мной общаетесь, и я на каждый ваш вопрос отвечаю свысока — и позой, и мимикой: «Что вы такое спрашиваете?! Вы что, сами не знаете что ли? Это же вообще примитивно», — т.е. показываю свое высокомерие. Долго вы будете со мной общаться?

Рвутся отношения, когда человек имеет неадекватно завышенную самооценку. Идеальных людей не бывает, у каждого из нас есть какие-то сильные стороны, но есть и слабые стороны; есть уместные поступки, а, может быть, есть и неуместные. И надо как-то это всё уважать, пережить, оценить, сделать вывод.

Так что незачем гнушаться людьми и превозноситься. Высокомерие и завышенная самооценка (что я «самая-самая») чреваты разрывом отношений.

— Но человек ведь при завышенной самооценке и сам, внутри себя, не чувствует себя счастливым?

— Да, не чувствует. Ему недостает критического отношения к себе. А может быть, он это делает из-за отчаянно низкой самооценки, и ему нужна вот эта дымовая завеса превосходства.

— Т.е. ведь возможно и такое, что, хотя человек будет себя раздувать, при этом, его любовь к себе не увеличится — самопринятие не увеличится.

— Да, может быть. Если я в самопринятии, в ладу с самим с собой — ну, чего хвастать, чего возноситься? Мне и так хорошо. Зачем мне из себя разыгрывать какую-то королеву?

Или девушки всё: «принцесса, принцесса»… Принцесса одна, ну — две, королева — одна, а остальные все рядовые девушки.

— Насколько важны чисто механические комплименты от родителей?

— В вашем вопросе очень важно слово «механические». Действительно, есть механические, как их еще некоторые психологи называют, «пластиковые» комплименты — не награда, а так… пластик.

Так что от родителей, действительно, требуются не «пластиковые» комплименты, а истинная любовь. А ребенок ее всегда чувствует. А в общем, одних комплиментов недостаточно — ни в детском возрасте, ни в зрелом. Правда, для ребенка родители настолько эмоционально значимые люди, что восприятие вот именно от них позитивного отношения, комплиментов, принятия ребенком того, кто он есть, на что способен, для него исключительно важно. Но если родители выучат это положение и будут механически повторять, не дай бог еще: «Ты хороший мальчик» или «Ты хорошая девочка»...

Кстати, об этой оценке. Ребенок чувствует, что «сегодня я хороший, а завтра я пролью чернила на ковер, и я буду плохой мальчик?» А ребенку нужно, чтобы он чувствовал: «Я сын этих людей, и я любим ими, что бы со мной ни случилось, и что бы я ни сделал».

Это не значит, что родителям нельзя говорить: «Нет! Это запрещено, это нехорошо, это ты плохо сделал». Можно, но именно так: «Ты плохо сделал что-то». А не «Ты неумеха». Потому что «ты неумеха» — это ярлык. Фраза «ты — вор, украл конфетку у кого-то» — это ярлык, это уже оценка личности. А «ты сделал нехорошо, когда взял без спроса конфетку», или даже «украл ее» (слово «украл» употребляется) — это действие, которое всегда можно изменить, тогда как личность («ты такой, сякой») переменить сложно.

Так вот, от родителей требуется, чтобы они порицали действиями какими-то, а личность не подвергали даже сомнению, что она хорошая, что это для них навеки любимый дитя.

— Положительно оценивать тоже нужно действия, а не человека?

— Да, лучше действия. Потому что если мы оцениваем человека, то эта оценка легко может меняться. А тут, само собой разумеется, должно быть положительное принятие человека таким, каков он есть. Это не значит, что он не сможет измениться, усовершенствоваться и т.д. Но если сравнивать, то можно только сравнивать ребенка с ним вчерашним: «Ой, на прошлой неделе ты еще не умел считать до ста, а сейчас ты уже считаешь до ста. Ты растешь. Как это тебе удалось так быстро?» — это похвала, а не комплимент.

— А как соотносится принятие себя и принятие других людей, и любовь к ним?

— Положительно. Чем ты больше в ладу с самим собой, тем ты менее критичен и чванлив в отношении других людей. Вот тогда и отношения ладятся с другими людьми. Ты принимаешь себя таким, каков есть, т.е. с недостатками, с промахами, со всеми не только плюсами, но и минусами, и понимаешь, что и другой человек имеет минусы и плюсы. И ты смотришь на него: ну, хорошо, он не идеален, у него такие-то недостатки. Но я могу с ним работать, я могу с ним дружить, разговаривать на какие-то отдельные темы (пусть он не по всем параметрам меня интересует).

Короче говоря, чем больше принимаешь себя, тем больше принимаешь других.

— Так как же обрести любовь к себе, утраченную в детстве?

— Мы с вами выяснили, что любовь к себе и положительная самооценка зависит от трех факторов:

1. Как к тебе относились самые значимые, самые важные люди. Т.е. папа и мама и расширенный круг родственников — брат, сестра, бабушка, дедушка.

2. От судьбы. Бывает же такая горькая судьбина: война, тюрьма, какое-то тяжелое заболевание, которые не способствуют хорошим взаимоотношениям с собой.

3. От отношения ко всему этому.

И психотерапевту приходится работать только с этим третьим, потому что ни отношение родителей, ни судьбу мы изменить не можем. А вот отношение человека — да.

Допустим, я с этой тридцатипятилетней женщиной как работала? Говорю: «Да, тогда, когда вам было пять лет, и вы чувствовали себя голодной на любовь…» — «Да, я была голодная на любовь! Я была ненапитанная любовью — я даже помню». — «… и тогда Вы пытались всем угодить, заработать себе на любовь, никому не мешать, тихонечко спрятаться, «не путаться под ногами» или — не знаю, как там люди выражаются». — «Да-да, я пыталась для всех быть хорошей, чтобы никому ничего плохого не сделать». Я говорю: «И это помогало вам тогда выживать».

Потому что жить с таким чувством очень тяжело. От чувства, что их не любят, дети болеют. Часто болеющие дети — это 25% прихода в детские поликлиники — недолюбленные дети. Я — медик, я — врач, я понимаю значение физических причин болезней, вирусов и т.д., но, тем не менее, даже вирусы не пристают, если человек чувствует себя комфортно в семье.

«Тогда это помогало вам выживать. А сейчас это как?» — «А сейчас мешает». Я говорю: «Так давайте теперь по-взрослому рассудим, никого не обвиняя: ну, вот такое было время, маме надо было ехать за папой; там не было квартиры, не было условий содержать детей, но, тем не менее, она же вас любила. Точно любила. И любит сейчас (слава Богу, жива)». И начинаю выцарапывать крохи: «Вот что вы помните? Каким образом мама проявляла любовь к вам?» — «Помню, один раз на ладошке принесла малинку и говорит: «На, скушай»». Я говорю: «Так что это была — малинка или любовь на ладошке?» — «Наверное, любовь».

Вот таким вот образом, акцентируя внимание на эти редкие, малые проявления, включая взрослое мышление и аналитический аппарат, можно изменить отношение человека к себе. А на самом-то деле, закон биологии: родители любят своих детей. Только она не всегда достаточно выражена.

Ну, и потом еще, мы разыгрываем такие упражнения «родитель-ребенок», где даем почувствовать родительскую любовь телесно. Есть такая телесно-ориентированная психотерапия: через тело даются сигналы. Через тело лечится душа. Правда, наука эта очень сложная, и работа психотерапевта очень сложная в той области, как восстановить или найти любовь к себе.

Сколько я ни рассказываю на длинных лекциях, в зале тянут руки и говорят: «Валентина Дмитриевна, я понимаю, что не люблю себя. Ну как научиться любить себя?». Я говорю:

— Так, давайте таким образом: кого вы любите?

— Мужа.

— Вы учитываете его потребности?

— Еще как! Я иногда знаю лучше, чем он, что ему нужно.

— Вы стараетесь удовлетворить его потребности?

— Изо всех сил стараюсь. Я его люблю.

— Вы выслушиваете его, когда он приходит с работы, подводит итоги дня, пытаетесь понять — удачный/неудачный день, какое настроение?

— Выслушиваю.

— Вы хороший слушатель?

— Хороший. Я умею слушать.

— Вы уважаете его точку зрения?

— Уважаю.

— Так, а теперь все эти три пункта к себе: свои потребности вы знаете?

Тут начинается ответ: «да кто его знает… да нет… ну, в общем-то… да я…». Я говорю:

— Так, у вас семья состоит из пяти человек. Вы на каком месте по степени важности, по удовлетворению своих потребностей?

— По степени важности? Да я на десятом!

На десятом месте в семье из пяти человек. Я говорю:

— А это справедливо?

— Ну, не знаю, я их люблю. Для меня муж на первом месте, дети на втором (или наоборот), а я в последнюю очередь.

Надо что-то тут подвинуть и свои потребности тоже удовлетворять, чтобы научиться любить. Во-первых, слышать, знать свои собственные потребности. Это великая наука.

(«Что я хочу?». На этот вопрос у психотерапевта на приеме люди порой крайне затрудняются ответить. Долго пишут ответ.)

Дальше:

— Вы имеете возможность высказаться, чтобы вас выслушали?

— Да как-то я не пытаюсь грузить своими проблемами… Я даже стесняюсь.

— Надо найти…

— Да муж не хочет.

— Найдите внесемейное общение. Я не имею в виду любовника — внесемейным общением может быть и общество по интересам, и подруга, и духовник, и психотерапевт, и вообще, мало ли кто.

— А вы с уважением к себе относитесь? Вот вы мужа уважаете, а к себе с уважением относитесь?

— Да не знаю…

— Ну, а вот эта работа на двух работах, чтобы «залатать дыры» в семейном бюджете — это как? С самоуважением согласуется?

— Да, может, я и перегружаюсь…

Любовь к себе — это самопринятие. Онлайн курс «Повышение самопринятия» изменит Вашу жизнь.

— Указаний не даю, но, тем не менее, подумайте, в чем могло бы у вас проявляться самоуважение.

Не в этой семье, где супруги живут ладно и, вроде бы, в любви друг к другу, а в другой семье — где муж может ударить или сказать грубость, а жена терпит — это не есть самоуважение. Это абсолютно недопустимое поведение. Если у нее в голове это поселится, что вот такое поведение является недопустимым в отношении меня, то она ничего не будет говорить, но она будет излучать какие-то реакции, флюиды, жесты, что с ней так обращаться не будут. Когда есть самоуважение, то уважительно обращаются и другие.

Вот примерно так обретается любовь к себе. А нелюбовь к себе лежит в основе многих разладов, не только супружеских. Это и конфликты на работе, и неудовлетворенность жизнью. Вообще, что бы в жизни ни случилось, даже если с неба манна посыплется, миллион выиграет, все равно — счастья не видать. Это основа так называемого «комплекса неполноценности», это может лежать в основе психосоматических болезней. Т.е. вот болезнь, вроде бы, чисто медицинская — та же гипертония, язвенная болезнь желудка, невротические всякие вещи…

Это очень важный параметр, я бы сказала, потребность быть принятым кем-то и самим собой. Это одна из базовых потребностей.

— А может ли человек, который не любит и не принимает себя, любить по-настоящему других?

— Они очень жаждут любви и надеются, что любовь их вылечит. При этом часто впадают в любовную зависимость, когда «любить» равноценно «страдать».

Я как-то бежала по одному психологическому учреждению, смотрю — висит объявление: лекция «Терапия браком». Тогда я еще не была семейным психотерапевтом, а только начинала в других областях. Я удивилась, почему такой падеж: «браком». Потом я поняла: есть надежда у людей, что, когда они выйдут замуж/женятся, все их проблемы вылечатся, уйдут.

— Они надеются, что любовь другого исцелит их нелюбовь к себе. Я это часто встречаю. Насколько это реально?

— Тут можно надеяться, но только отчасти. Для меня такая метафора вырисовывается: это такой костер, в который надо всё время бросать дрова, чтобы поддерживать огонь. И этот костер ненасытен. Дрова бросаешь — хорошо, огонь горит, любовь вроде бы немножко тут теплится. Но всегда мало, мало, мало, не хватает, и другой может опустить руки. Либо как-то иначе изменится его отношение.

— Т.е. любовь другого человека мало может помочь?

— Да, мало, но благотворно влияет.

— А успехи? Если эта женщина каких-то успехов добилась? Ведь должно же как-то на самооценку влиять, когда человек достигает каких-то успехов — в работе, допустим, в творчестве?

— Вроде бы да. Однако тут могут сложиться нездоровые отношения с успехом: что успех не ради решения какой-то конкретной задачки, а ради своей ненасытной потребности быть позитивным, успешным, нужным кому-то.

Я считаю, что потребность быть нужным — это суррогат любви. «Если я нелюбима, то я буду хотя бы необходима». И все равно это не восстанавливает личность, и тогда погоня за успехом может превратиться в перфекционизм. А перфекционисты действительно достигают реальных успехов, но на сравнительно коротких дистанциях. На длинных дистанциях они выдыхаются, у них ломается здоровье. Либо ломаются взаимоотношения.

Т.е. нельзя всё время быть в гонке: «Вперед! Вперед! Я должна, я постараюсь! Я еще больше! Я еще лучше! Я еще заработаю, добьюсь!». Бесконечная гонка чревата…

— А человек, который любит себя, может быть в гонке?

— Может.

— В чем преимущество человека, любящего себя, в беге на длинной дистанции?

— Его преимущество в том, что он всё-таки может остановиться и услышать свои потребности: это моя реальная потребность или у меня еще есть потребности тела, духа? Отдыхать, развиваться не только в этом заданном направлении, но, может быть, расширить кругозор, мир повидать. Так что он не такой уж заядлый перфекционист.

Рядом с перфекционистами жить трудно. Это не есть здоровое стремление. Хотя успехи тут могут быть.

— Я сейчас разбираю по пунктам те моменты, на которые надеется человек в исцелении нелюбви к себе. Мы разобрали отношения, любовь других, успехи. А вот еще есть добрые дела. Это тоже вид деятельности, но он основан на дарении себя людям и в получении — вольно или невольно — их благодарности.

— Да. Благодарность называется у нас «психологическая выгода». Добрые дела — это хорошо, конечно, но важно, чем они продиктованы, какая мотивация. Делать просто доброе дело — одна мотивация, сделала и всё.

Если добрые дела ради доброго дела, а не того, чтобы потом тебя всю жизнь благодарили, то это замечательно для всех: и для делающих добрые дела, и для принимающих добрые дела. А если я сделаю доброе дело соседу, а потом буду: «А ты забыл, как в 2001 году я тебе сделала доброе дело?».

— Это, понятно, не доброе дело. Совет «улучшить отношения с родителями» — это же важно очень для тех, кому не хватает самопринятия?

— Важно. Пока не научился принимать своих родителей, не будет тебе везения в любви. Это уже точно. И у меня были примеры, когда, например, восстановление отношений с отцом давало немедленные плоды в виде улучшения отношений с противоположным полом.

Взрослый тот, кто усыновил или удочерил своих родителей психологически. Т.е. тот, кто может уже с ними быть наравне — не как зависимое дитя, а как «я теперь взрослая — я понимаю, что у мамы такая жизнь, у папы — такая». Кстати, дети плохо знают биографии своих родителей — ну, во всяком случае, те, кто ко мне приходит. Спросишь там чего-нибудь… Да даже год рождения затрудняются назвать. А уж наркоманы ничего не знают про свою семью — ни год рождения, ни день рождения, ни кто они такие… Т.е. там полный отрыв от семьи.

— Вы согласны с утверждением одного моего знакомого психиатра, что все наркоманы — люди, недолюбленные родителями?

— Согласна. И в чем они больше всего нуждаются на свете — это в любви своих родителей.

Я избегаю таких обобщений: все, всегда, никто, никогда. Потому что, когда мы употребляем такие слова, мы можем легко ошибиться. Но в применении к наркоманам я могу сказать: все они происходят из очень порушенных семей. Даже если на месте мама, папа, достаток, упорядоченное поведение, то на уровне психологической ткани там большие нарушения.

— В заключение что-нибудь еще можете пожелать людям, прежде всего — не имеющим вблизи психотерапевта?

— Любите себя — вы достойны собственной любви! И тогда мир сделает то же самое — будет любить вас.

© Pobedish.ru

Об авторе: Валентина Москаленко


( Победишь.ру 18 голосов: 4.39 из 5 )
1174


Психотерапевт Валентина Москаленко

Психотерапевт Валентина Москаленко

отзыв  Оставить отзыв   Читать отзывы

  Предыдущая беседа

Следующая беседа  

Версия для печати Версия для печати


Смотрите также по этой теме:
Измени в себе то, что тебе не нравится (Психолог Марина Берковская)
Эгоизм – это ненависть к себе (Психолог Ирина Рахимова)
Лекарство от вины (Наталья Волкова, психотерапевт)
Любить себя умейте (Дмитрий Семеник)
Любовь к себе приходит через отвержение себя (Протоиерей Игорь Гагарин)
Любовь к себе как творчество (Антоний, митрополит Сурожский)
Делайте дела, за которые вы сможете себя полюбить (Психолог Борис Новодержкин)
За что бы себя полюбить? Лекарство от нелюбви (Дмитрий Семеник)
Как победить дурные привычки (Дмитрий Семеник)
Не бойтесь труда! (Психолог Людмила Ермакова)

Выбрали жизнь
Всего 34172
Вчера 5

Поддержать нас - кисть
Из несчастного стать счастоливым
Из несчастного стать счастливым
Последние просьбы о помощи
20.06.2018
Я ничего не хочу, целей нет в жизни, влачу жалкое существование. Я на грани суицида, я очень одинока...
20.06.2018
Хочется кричать от безысходности, но нельзя. Я опора матери, мне сейчас нужно держаться. Но я не знаю, насколько меня хватит.
20.06.2018
Не так давно я расстался с девушкой, которую очень любил. Плач перед сном стал обыденностью. Не могу ничего делать, сильная лень, не могу спать...
Читать другие просьбы

Диагностика предрасположенности к суициду



Книги для взрослых

купить длинную шерстяную юбку в интернет ателье



Самое важное

Лучшее новое

Как избавиться от страха
Протоиерей Игорь Гагарин
Протоиерей Игорь Гагарин

Духовные оружия против страха

Именно в церковности человек обретает мир, покой, уверенность. У всех по-разному, но про себя точно знаю, что до моего прихода в Церковь, до того, как стал сознательно верующим, я по характеру своему был склонен переживать, тревожиться, и состояние тревоги, ожидания перемен к худшему было очень мне присуще. Помню, часто никуда не мог от этого тревожного состояния деться. Но с моим воцерковлением, когда я сначала стал просто верующим, принял крещение, стал читать молитвы, ходить в храм, исповедоваться, это состояние ушло. Сказать, что сейчас, когда я уже священник, мне тревога совершенно не свойственна, было бы неправдой. Бывает, и переживаю, и тревожусь о том, о чем не надо бы тревожиться, но это уже совершенно всё по-другому, несоизмеримо с тем, как это было раньше.


Вечная память

Мы протягиваем руку помощи тем, кто хочет помощи. Принять или не принять помощь - личное дело каждого.
За любые поступки посетителей сайта, причиняющие вред здоровью, несут ответственность сами лица, совершающие эти поступки.

© «Победишь.Ру». 2008-2017. Группа сайтов «Пережить.Ру».
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на www.pobedish.ru
Администратор - info(собака)pobedish.ru     Разработка сайта: zimovka.ru    
Настоящий сайт может содержать материалы 18+